Акт о капитуляции. Часть 3

Акт о капитуляции. Часть 1

Акт о капитуляции. Часть 3

Акт о капитуляции. Часть 3

Читать первую и вторую части >>

За авторством Адама Уизера. Изначально третья часть этого рассказа была опубликована в журнале Jump Point 4.7.

На мостике зазвучали сирены.

– Коммандер, тридцать секунд до входа в зону поражения орудий Теварин, – сообщил старпом Кобёрн натянутым от стресса и изнурения голосом.

В глубине астероидного пояса Калибана «Полумесяц» оказался пойман в ловушку, которую сам же и установил. Согласно изначальному плану Коммандера Уоллес, они должны были застать флот Теварин врасплох в этом самом месте, после чего внезапно атаковать флагман противника. Это должно было спасти невинных граждан Криона он гнева захватчиков.

К несчастью, план возымел обратный эффект. Поле обломков теперь блокировало нос «Полумесяца», не позволяя кораблю развернуться, в то время как со стороны кормы надвигался флагман Теварин, защищенный толстым щитом «Фаланга».

– Матрос Одорицци, у нас нет иного выбора, кроме как рискнуть пролететь через пояс астероидов. Мне нужны возможные варианты курса.

– Да, сэр! – ответил Одорицци и отвернулся, – Куда?

– Это не важно. Чем больше на пути будет поворотов, тем лучше. Просто держи нас подальше от их прицелов.

– Есть, сэр!

Когда Матрос Одорицци приступил к работе, рулевой Айерс посмотрел в сторону Кобёрна, и их взгляды встретились. Если сложить вместе годы службы Кобёрна и Айерса, полученное число окажется больше возраста Уоллес.

– Рулевой Айерс, готовьтесь к точному маневрированию.

– Да, сэр.

Рулевой Айерс положил руки на штурвал, и Коммандер Уоллес заметила, что у него побелели кулаки.

– Сэр, Теварин на дистанции стрельбы орудий, – доложил старпом Кобёрн. – Мы больше не можем здесь оставаться.

– Но мы также не можем сдвинуться с места, пока не узнаем, куда направляемся, – Коммандер Уоллес не спускала глаз с голосферы. – Одорицци, время вышло.

– Вот, сэр.

На голосфере появились варианты курсов: от просто опасных до суицидальных. Большинство путей начиналось между двумя крупными астероидами по правому борту.

– Сэр, если мы доберемся до края пояса, – предложил Кобёрн, – то сможем совершить квантовый прыжок в безопасное место, чтобы перегруппироваться и заново оценить ситуацию.

– Если мы сбежим, Теварин направятся прямиком к Криону и превратят его в руины ещё до того, как мы сможем что-либо предпринять. Сейчас наша задача – обратить всё их внимание на себя. Это ясно?

В воздухе повисло молчание. Внезапно матрос Доетри доложил со станции сканирования, – Тевы готовятся стрелять!

– Тиллман, всю мощь на щиты, – ответила Уоллес станции сканирования. – Рулевой, готовьтесь к движению!

– По какому маршруту, Коммандер?

Она вновь прокрутила различные варианты курсов на голосфере. Времени заниматься анализом не было. Похоже, одно из самых важных решений в жизни ей придется принять инстинктивно.

– Кормовые щиты под огнем!

– Айерс, сюда. Сейчас же, – прокричала Коммандер Уоллес и нажала на кнопку, чтобы отправить выбранный маршрут рулевому. Когда корабль рванул вперед, ей осталось лишь надеяться, что своим выбором она только что не погубила их всех.

*  *  *

Я шёпот...

... думал Драк, поворачиваясь к носу огромного корабля ОЗИ. Скейт – личное устройство для передвижения в космосе, взятое из ныне уничтоженного Шакала, и импульс, который он получил, когда его отбросило от обломков, обеспечили достаточно тяги, чтобы быстро приблизиться к человеческому капитал-кораблю. Тем не менее, Драку стоило сохранять осторожность. Было бы не разумно приближаться к врагу на всех порах.

Его внимание привлекли светящиеся полосы, пронзившие космическое пространство. Драк посмотрел вверх и увидел, как «Луруш» стреляет по корме человеческого корабля. Атака началась, а значит есть надежда, что люди будут слишком заняты защитой от внешней угрозы и не заметят, как он прокрадется на их корабль.

Когда Драк приблизился к кораблю, он снова повторил отрывок из Риджоры: "Чтобы нарушить тишину, достаточно лишь одного шёпота". Эта строчка служила мантрой, предвосхищавшей грядущие события, и напоминала ему о том, что даже в одиночестве он сможет нанести вред целому кораблю, если отключит нужные системы.

На визоре Драка высвечивалось расстояние до корабля. Если он не ошибся в прицеливании, он пролетит над носом и затем сможет приземлиться в любом месте по всей длине корпуса. Для проникновения внутрь подойдет один из множества люков на крыше.

Драк ни разу не выпадала честь оказаться в команде десантного судна типа «Праулер», но он слышал, каково это – брать на абордаж вражеский корабль. В основном эти истории рассказывали участники элитного подразделения Теварин, известного как «Наулли». Присоединиться к ним могли лишь те, кто мастерски освоил все 343 боевые стойки.

Ходили слухи, будто бы они могли подняться на борт корабля незамеченными, а затем исчезнуть до того, как кто-нибудь обнаружит их присутствие. Драк мечтал присоединиться к «Наулли», но он родился слишком поздно для этого. Если бы он вырос в период пика могущества Теварин, он бы сыграл в халей в каменном ристалище на Калите, изучая командные тактики, которые теваринские абордажники применяли против своих врагов с разрушительными последствиями.

Но вместо этого Драк вырос на Олимпе в окружении людей. Он воровал их отвратительную еду и пытался избегать их мерзких взглядов. Риджора спасла его от такой жизни, и теперь, по мере того, как человеческий флагман всё приближался, она возвращала его обратно к ней.

На визоре Драка загорелось предупреждение об опасной близости к препятствию. Пришло время замедлиться. Драк активировал тормозные двигатели на скейте и сбавил скорость.

Но внезапно корабль пришел в движение. Он повернулся носом в сторону узкого просвета между двумя ближайшими астероидами и подставил Драку левый борт. Длинная крыша корабля, которую он планировал использовать в качестве посадочной полосы, теперь оказалась недоступна.

Драк напрягся. Он отстал от флагмана из-за предпринятого торможения и изменившегося курса корабля. Он быстро включил двигатели скейта на полную тягу, чтобы снова набрать скорость. Драк не допустит отвержения своей судьбы.

Во время ускорения он наклонился влево и осторожно выровнял свою траекторию с маршрутом корабля. Если угол сближения окажется слишком широким, он пролетит мимо корабля. С другой стороны, если он спикирует слишком резко, то может пострадать от жесткой посадки. Он пролетел поперёк судна к левому борту, наклонился к носу и помолился о лучшем.

Корабль под его ногами казался мутным пятном. Из-за быстрого движения у Драка всё поплыло перед глазами, и ему пришлось отвести взгляд. Он сконцентрировался на кромке носа корабля, который приближался к нему быстрее, чем ожидалось.

Он свернулся калачиком и приземлился с кувырком, чтобы рассеять энергию от удара. Он едва было не перевалился через край, но успел вовремя активировать магнитные ботинки.

Быстрое изменение импульса выбило скейт у него из рук. Вращаясь, устройство улетело прочь от корабля и в итоге исчезло где-то посреди астероидов. Драк надеялся использовать его для побега, но, похоже, пришло время менять планы.

Так или иначе, это не могло удержать его от дальнейших действий. Удостоверившись, что все жизненные показатели в норме, Драк почувствовал, как прилив гордости наполнил его сердце. Он сделал это. Он встретил свою судьбу и выжил.

*  *  *

Нет, это не сработает. Униформа космопеха точно не налезет поверх скафандра Хикори. Ему удалось просунуть руку лишь наполовину, после чего рукав начал трещать по швам.

Придется распрощаться с вариантом прокрасться через залы «Полумесяца» под маскировкой. В своем индивидуальном костюме он будет торчать на виду как оттопыренный большой палец, но другого выхода не было. Скафандр являлся его единственным средством связи со своим кораблём, который сейчас дрейфовал где-то в космосе.

Хикори бросил рубашку от униформы рядом с бессознательным телом своего бывшего охранника. Юный космопех крепко ударился головой, но с ним всё будет в порядке. Гораздо дольше головной боли он будет ощущать последствия наказания за то, что позволил пленнику сбежать.

Хикори захлопнул дверь камеры и включил электромагнитный замок. Он бросил прощальный взгляд на парня. Кто-нибудь найдет его... в конце концов. Если «Полумесяц» переживет эту битву с Теварин, конечно.

Хикори старался не думать о происходящем снаружи. Бесполезно заострять внимание на вещах, которые ты не в силах контролировать. У него и без того были свои проблемы, требующие решения. Например, найти шлем, без которого он не сможет покинуть корабль.

Он глубоко вздохнул и представил свой путь до лётной палубы по шагам. За проведённое на Олимпе время Хикори запомнил расположение залов на этом корабле. И всё же он хотел бы иметь при себе шлем, чтобы было проще прокладывать курс. Хикори потратил много лет на настройку отображаемой на визоре информации согласно своим нуждам и уже начал тосковать по нему. Без визора всё придется делать по старинке – собственными глазами, ушами и инстинктами.

Если ему удастся добраться до лётной палубы, он наверняка найдет шлем в помещении для дежурных экипажей. После этого он сможет сосредоточиться на следующем этапе своего плана – самом важном и, вероятно, сложном – как убраться с этого корабля и вернуться на собственный?

Мы разберемся с этим, когда придёт время. Он уже направился к выходу с гауптвахты, но вдруг остановился. Хикори обернулся и глянул на то место, куда упала винтовка коспопеха, когда он вырубил его. Он знал, что точно не сможет силой пробить себе путь с этого корабля, но оружие может пригодиться. К сожалению, когда у тебя в руках винтовка, любая стычка немедленно перерастает в перестрелку. Космопехота не склонна общаться с вооруженными заключенными.

Нет, лучше не рисковать, подумал он и оставил оружие лежать на полу. Убедившись, что впереди всё чисто, он отправился на лётную палубу.

Пройдя примерно полпути по коридору, он задумался, а правильное ли решение он принял?

*  *  *

– Следующий поворот через 1500 метров. Влево в направлении 2-7-0, – сообщил матрос Одорицци.

– Рулевой Айерс, поворачивайте резче, вы выставляете свои манёвры напоказ. – Коммандер Уоллес увидела, как рулевой Айерс вытер пот со лба.

– Да, сэр.

Уоллес держалась за перила у голосферы, пока «Полумесяц» с трудом пробирался сквозь скопление астероидов, ещё сильнее повреждая носовой щит. Она проверила его состояние и выкрикнула, – Тиллман, больше энергии на передние щиты.

– Это оставит нашим кормовым щитам всего лишь порядка 15% мощности. Они не выдержат очередной атаки.

– Вот почему я хочу, чтобы следующий поворот был выполнен быстро и чисто. Мы должны разорвать дистанцию с Тевами насколько это возможно.

Продвижение по этому непредсказуемому окольному пути было связано с другими трудностями – от корпуса и щитов «Полумесяца» отскакивали небольшие скопления астероидов. Тем временем Тевы у них за спиной продолжали наступать. Их щиты «Фаланга» поворачивались на шарнирах и успешно защищали корабль от любых фрагментов астероидов, оставшихся после «Полумесяца».

Кобёрн подошел к Уоллес. – Эти астероиды растерзают наш корабль, если мы не будем осторожны.

– Я знаю.

Кобёрн приблизился и понизил голос. – Думаю, нужно заменить Айерса, он не готов к такому.

На тот момент она понимала, что таким образом Кобёрн выражает несогласие с её планом. Коммандер Уоллес ответила, – Айерс отлично проявил себя в семи крупных сражениях.

Кобёрн ничего не ответил, но своим видом выразил неуверенность.

Временами привычка старпома не сообщать ей о своих мыслях напрямую могла сбивать с толку, но сейчас она чувствовала лишь беспокойство в животе. Замена уважаемого члена экипажа в самый разгар битвы не добавит ей популярности. И всё же реальность диктовала свои условия, и ей нужно было рассмотреть этот вариант, – Хорошо, будем готовы передать управление Гезе, если Айерс не справится.

Кобёрн кивнул и вернулся на пост.

– Следующий поворот через 15 секунд, – предупредил Одорицци.

Коммандер Уоллес наблюдала за приближением к повороту. До последнего момента рулевой Айерс сохранял скорость корабля неизменной, затем резко повернул «Полумесяц» влево. Корабль успешно проскользнул в просвет, но накопленный импульс потащил его правым бортом дальше, прямо в сторону большого астероида.

Рулевой Айерс быстро развернул маневровые двигатели по левому борту, чтобы скомпенсировать занос. Коммандер Уоллес стиснула зубы. Она беспокоилась, что тяги не хватит, и они не успеют вовремя погасить импульс. Датчики по правому борту кричали о надвигающемся ударе.

Внезапно мощная вибрация сотрясла корабль. Крупный астероид врезался в правый щит «Полумесяца», практически целиком истощив запас его мощности. Астероид разнесло на бесчисленное количество осколков, которые перекрыли проход у них за спиной.

Уоллес успокоилась и посмотрела на Кобёрна. Она наклонилась к нему, – Зовите Гезе. Я сообщу Айерсу.

Когда он отошел, Коммандер Уоллес уставилась на голосферу, опасаясь, что этот их неудачный ход позволит Тевам приблизиться на расстояние эффективной стрельбы. Корабль Теварин обогнул препятствие, продолжая погоню. Его щит «Фаланга» вертелся из стороны в сторону, пытаясь защитить корабль от обширного поля обломков.

– Старпом Кобёрн, подождите.

Кобёрн быстро вернулся к Уоллес. Она повторно проиграла манёвр Тевов в поле обломков. Он наклонился к голосфере поближе.

– Сообщите нашим стрелкам, пусть целятся в астероиды.

На лице Кобёрна проступила улыбка, когда он увидел это; щит «Фаланга» не мог отразить множество одновременных ударов с разных направлений.

*  *  *

После успешного приземления Драк тихо открыл один из внешних служебных люков и проскользнул внутрь корабля. Он пробрался по узкому техническому каналу и вылез в небольшой аванкамере. Он не удивился тому факту, что люди даже не удосужились как-то защитить столь очевидную точку проникновения. Такая неподготовленность с их стороны могла привести к поражению.

Он осторожно двигался от одного дверного проёма к другому, меняя курс всякий раз, когда сканеры в его костюме фиксировали человека поблизости. Тем не менее, его беспокоили не сами коридоры, где было неожиданно тихо, а двери.

Сканеры в костюме не могли пробиться через толстые металлические стены, так что каждый дверной проём заставлял Драка понервничать, пока дверь открывалась с шипящим звуком. Но, к счастью, ему на пути до сих пор не встретился ни один член экипажа, поэтому он продолжил двигаться дальше, обращаясь к своим детским воспоминаниям об Олимпе.

Флагман ОЗИ «Олимп» врезался в Ашану и вскоре был приспособлен местными жителями под долговременное поселение. «Полумесяц» относился к тому же классу, что и «Олимп», однако определённо отличался от него. Внутри было светло, чисто и стерильно. Никаких киосков, владельцы которых боролись бы за место у оживленных перекрёстков. Никаких странных запахов еды из открытых дверных проёмов. Сквозь швы не просачивался песок, разлетавшийся затем по залам. Вместо этого Драк испытал чувство дежавю, смешанное с дезориентацией.

Драк быстро отстранился от них, когда почувствовал инстинктивное желание двигаться дальше, которое возникало от долгого пребывания в одном месте. Проверив сканы, он удостоверился, что путь вперёд был свободен. Он направился к лестнице, которая вела к секторам, где располагались компоненты корабля.

Оказавшись у лестницы, Драк прижался к холодной стене, затем осторожно наклонился вперёд и посмотрел вниз на ступеньки. На пролёте никого не было. Он завернул за угол и уже встал на первую ступеньку, когда лёгкая вибрация вдруг заставила его остановиться. Доносившиеся снизу голоса ясно давали понять, что в его направлении быстро двигались люди.

Драк снова спрятался за угол и прижался к стене. Несколько мгновений спустя мимо него торопливо прошли несколько солдат, ни один из которых не удосужился оглянуться. Как только их шаги стихли, Драк, наконец, выдохнул с облегчением.

Он выждал несколько секунд, чтобы убедиться, что все люди прошли, и затем пробрался на нижнюю лестничную площадку. Перед тем, как продолжать свой путь, он ненадолго остановился и проверил, нет ли на нижнем пролёте ещё кого-нибудь.

Прямо перед ним раскрылось всё чрево зверя. Лабиринт из узких залов вёл к комнатам, откуда энергия и другие важные ресурсы распространялись по всему кораблю. Драк вытащил оружие и прокрался в первый дверной проём. Он отчаянно пытался вспомнить, для чего эти комнаты использовались на Олимпе. Вот здесь находились склад с припасами и перегонный завод Слапджима, а напротив...

Внезапно визор Драка загорелся. Ещё одна группа людей двигалась в его сторону. Ему нужно было спрятаться, причём быстро. Он заметил маленькое окно на двери и встал, чтобы заглянуть в него. Внутри было пусто. Он повторил про себя стих Риджоры, открыл дверь и проник в комнату.

Как и ожидалось, в комнате никого не было. Драк радостно присвистнул, когда дверь у него за спиной закрылась. Прямо перед ним находился один из батарейных отсеков корабля – идеальное место для начала осуществления его плана.

*  *  *

Стрелки «Полумесяца» разносили в клочья астероиды по обеим сторонам прохода. Куски расколотых каменных глыб образовывали позади корабля широкое поле обломков, от которых щиты «Фаланга» не могли полноценно защитить Тевов.

– По последним результатам сканирования, эффективная мощность их щита стибилизируется ниже отметки в 40%, – отметил матрос Доетри. По всему мостику пронёсся гул. Тем временем Уоллес внимательно изучала голосферу. Её команда была сосредоточена и общалась между собой. Впервые с момента попадания в собственную ловушку их уверенность в собственных силах росла.

И всё же Коммандер Уоллес понимала, что такая стратегия долго не продержится. Их собственные щиты тоже быстро истощались из-за непрерывных столкновений с осколками. Им нужно было нанести сокрушительный удар до того, как Тевы сменят тактику или, что ещё хуже, оставят погоню и вынудят «Полумесяц» пуститься в преследование.

И тогда она увидела возможность. Прямо перед ними находился крутой поворот, проходивший через узкий проём. Он оканчивался свободным участком, размеров которого будет достаточно для разворота «Полумесяца». Идеальное место для начала атаки.

– Внимание всем, – она остановилась на секунду, затем продолжила, – примерно через 15.000 метров рулевой Айерс выполнит крутой поворот вправо и проведёт корабль прямо через узкий проём. Как только мы окажемся на свободном участке, матрос Виллар и её огневая команда забаррикадируют выход противокорабельными минами. Это должно отвлечь внимание их «Фаланги». Тем временем, я хочу, чтобы весь персонал подготовил корабль к ближнему бою.

Команду охватила холодная дрожь. Все они прекрасно знали, что такое ближний бой с флагманом Теварин.

– Мы не выиграем этот бой, убегая. Единственная возможность победить – это столкнуться с ними прямо сейчас, пока их «Фаланга» ослаблена. Знаю, этот план не идеален. Чёрт возьми, он едва ли не самоубийственный, но это наш лучший шанс поразить Тевов и уничтожить их основные средства защиты. А значит, это лучший шанс для людей Криона пережить этот день.

Она изучила лица окружающих членов экипажа, не уверенная, как они воспримут её слова.

Айерс первым кивнул ей и повернулся обратно к своему боевому посту.

Коммандер Уоллес посмотрела на Виллар, которая также кивнула в ответ, после чего продолжила речь, – Айерс, при выходе из проёма разворачивай «Полумесяц» по часовой стрелке до тех пор, пока правый борт не встанет перпендикулярно входу. Я хочу, чтобы к моменту, когда корабль Тевов выйдет из проёма, мы заняли такую позицию, откуда можно будет дать артиллерийский залп по их корме. Разом они могут защитить только одну сторону корабля. Поэтому давайте вынудим их выбрать между нами и минным полем.

Кобёрн тут же отозвался, – Есть здесь такие, кто не понимает своей роли? – Услышав молчание в ответ на свой вопрос, он продолжил, – Тогда давайте уже...

– Коммандер! Мы только что потеряли мощность из второго батарейного отсека, – прокричал Тиллман с инженерной станции.

– Что? Как? – выругался на него старпом Кобёрн.

Коммандер Уоллес помчалась к терминалу, чтобы просканировать текущие параметры корабля. Как целый батарейный отсек мог выйти из строя без всякого предупреждения?

Айерс выкрикнул, – Я теряю скорость, Коммандер. Десять процентов, уже пятнадцать от общей тяги.

– Перенаправьте мощность со щитов на двигатели сейчас же! Мы должны добраться до этого проёма как можно быстрее.

Матрос Доетри лишь подлил масла в огонь, – Вижу энергетический всплеск у Теварин. Они готовятся атаковать.

– Коммандер, Тевы набирают силу. Нам понадобятся щиты для отражения их атаки, – отозвался Кобёрн с инженерной станции.

– Сколько осталось до проёма?

– Чуть больше 5 километров, сэр, – ответил матрос Одорицци.

– Это всего лишь десять секунд, люди. Мы рискнём. Рулевой Айерс, мы должны пройти через этот проём чисто.

– Я сделаю это, сэр, – Айерс встряхнул доминирующую руку, чтобы избавиться от нервного спазма.

– Атакуют!

Айерс направил нос «Полумесяца» в сторону узкого проёма в тот самый момент, когда Теварин открыли огонь. Снаряды промчались мимо корабля, едва разминувшись с кормой. Как только «Полумесяц» повернул в проём, Уоллес скомандовала, – Всю мощность на кормовые ускорители!

Корабль рванул вперед, хотя набранный им импульс продолжал тянуть левый борт к астероидам. Тем временем Айерс активировал тормозные двигатели по правому борту. Уоллес надеялась, что действия Айерса наряду с дополнительной тягой помогут кораблю успешно пройти в проём.

Датчики предупреждения о столкновении по левому борту громко верещали, пока корабль всё ближе и ближе клонился к астероидам. Тем не менее, оставался шанс, что план Коммандера сработает. Выход из проёма был уже близко. Нос корабля успешно миновал опасный участок, но Коммандер Уоллес задержала дыхание до того момента, пока весь корабль не вышел на свободный участок.

Тогда она, наконец, выдохнула и скомандовала, – Выпустить мины!

Пока Виллар передавала приказ экипажу, рулевой Айерс развернул «Полумесяц» по часовой стрелке. Уоллес следила за тем, как корабль Теварин прорвался сквозь проём и тоже вышел на свободный участок. Он быстро направил свои щиты «Фаланга» в сторону целого моря противокорабельных мин.

Айерс завершил манёвр разворота, и теперь их корабль располагался прямо за флотом Теварин, в точности, как того и хотела Уоллес.

– Разошлите приказ. Приготовиться к атаке!

*  *  *

Хикори был близок. До лётной палубы оставалось совсем немного, а это значит, что помещение для дежурных экипажей должно было находиться где-то за этой переборочной дверью. Пришло время найти шлем и убраться прочь с этого корабля.

Дверь отъехала в сторону, явив взору пустой проход. Хикори направился к лётной палубе, но когда он завернул за угол и оказался у правой двери, из неё вышел теваринец.

Теваринец тотчас же поднял оружие, но Хикори уже был готов. Десятилетия совершения сомнительных сделок с всякими неблагонадёжными персонажами заставили его оточить рефлексы. Ведомый инстинктом, он ухватился за оружие пришельца. Одной рукой он направил ствол в потолок, а другой повернул корпус в сторону. Теваринец расслабил хватку, и винтовка с грохотом упала на пол.

Теваринец быстро схватил Хикори за горло, поднял его и затем бросил на палубу, выбив воздух из его лёгких. Завязалась борьба. Двое катались по полу, обмениваясь ударами кулаками и локтями. Хикори мог сказать, что этот теваринец был обучен бою, но ему не хватало опыта. Сам же он, с другой стороны, не раз участвовал в драках, однако никогда формально не учился боевым искусствам. Он обвил рукой голову теваринца и обнаружил панель доступа к его скафандру. Он открыл её и разорвал провода. Должно быть, он зацепил кабели питания, потому что лицевая панель шлема сделалась полностью непрозрачной, ослепив теваринца. Хикори воспользовался этим моментом отвлечения, чтобы высвободиться из хватки и броситься за лежащим на полу оружием.

Наконец, Драку удалось восстановить подачу питания и очистить стекло шлема. В этот самый момент он увидел направленный на себя ствол собственного оружия.

– Не... двигайся... – произнёс Хикори между тяжелыми вздохами.

– Сделай это, – прошипел Драк на практически идеальном человеческом языке. – Я не боюсь.

Хикори замешкался, но не потому, что теваринец говорил на его языке. Он почувствовал что-то знакомое в этом диалекте. Он уже собирался спросить, когда...

– Ни с места!

Хикори и Драк обернулись. В конце зала появилась группа космопехов с оружием наготове. Один молодой космопех, чей глаз практически заплыл от мерзкого синяка, подошёл ближе, глядя в прицел той самой винтовки, которую Хикори решил не брать во время побега.

Хикори отбросил винтовку теваринца в сторону и поднял руки.

– Полагаю, эти ваши камеры совершенно не способны удержать кого-то надолго, – это всё, что успел сказать Хикори перед тем, как получил удар прикладом винтовки по голове.

ПЕРЕЙТИ К ЧЕТВЁРТОЙ ЧАСТИ >>

Перевод: H_Rush

Оригинал

Ресурс star-citizen.ru существует на добровольных началах. Если вы хотите поддержать нас, вы можете сделать это по ссылке. Мы будем очень признательны вам!

H_Rush administrator

    Поддержи проект

     

    Если вам нравится наш проект, и у вас есть возможность поддержать переводчика, то это можно сделать по этой ссылке.
    Спасибо что выбираете нас