Перейти к содержанию
Искать в
  • Ещё...
Поиск результатов, которые...
Поиск результатов в...
knigochey

Орбитальная тюрьма сверхстрогого режима

Рекомендуемые сообщения


OSM_FI2v4a.jpg


 


Орбитальная тюрьма сверхстрогого режима


 


Глава первая

Я не хотел больше ни минуты терапии. Я предпочту провести свое время в камере.

 

– Ты знаешь, что румяна, которые ты использовала, – это контрабанда? Эти ребята используют краситель для тюремных татуировок. Или мажут на лицо. Ну, ты знаешь. Используют по-всякому.

 

– …и я думаю, на сегодня мы закончили, – ответила она, нажав несколько клавиш на ноутбуке и позволив экрану потемнеть.

Маленькая вспышка, как будто кто-то зажег спичку в темной комнате, привлекла мое внимание на экране позади нее.

Одна из звезд начала двигаться. Она росла в размере из едва различимой точки до размера пуговицы, ускоряясь экспоненциально, пока не достигла правого верхнего края экрана и не исчезла.

 

Весь процесс занял, может быть, секунд пять, и это было дольше, чем понадобилось мне, чтобы сообразить, что же именно я вижу.

Я рванулся из моего кресла к Вайрик. Мой вес пришелся ей на плечо и опрокинул ее кресло.

Мгновением позже станцию очень сильно тряхнуло, лампы мигнули и погасли. Порыв перегретого воздуха сорвал вентиляционные решетки, и оттуда вырвались языки пламени, на мгновение раскрасив тёмный офис оранжевыми сполохами. Зажглись аварийные лампы на всех стенах базы, и мы снова могли видеть, хотя и смутно.

 

Я скатился с Кейлы и поднялся на колени. К ее чести, она не сказала и слова о том, что я ее сшиб.

– Что случилось? – вместо этого спросила она.

 

– В нас попали ракетой, – ответил я. – По крайней мере, одной. По какой-то причине наша автоматическая защита не включилась, чтобы предотвратить атаку.

 

Аварийные лампы сменили цвет с красного на желтый и высветились очертания, обозначающие дверной проем. Безразличный, сгенерированный компьютером голос доносился отовсюду: «Лейтенант Кейла Вайрик, как самый высокопоставленный офицер на борту Орбитальной тюрьмы №4 супер строгого режима, теперь командуете вы. Пожалуйста, следуйте за желтыми огнями на вспомогательную командную палубу».

 

– Лейтенант Вайрик? – саркастически сказал я компьютеру. – Это ее уровень оплаты, а не звание!

 

Гражданские подрядчики получали оплату в том же размере, что и военные. Вайрик была OS-9, что означало, что она получает зарплату как лейтенант. Но это совсем не то же самое, что и действительно быть лейтенантом. Она не могла командовать, ей даже не отдавали честь.

Компьютер ошибся, и у меня не заняло много времени, чтобы понять, что еще это значило. Мы были атакованы с хирургической точностью. Все, имеющие настоящие звания, были уже мертвы.

 

Вайрик бросила ноутбук на стол, и ее пальцы забегали по экрану, пока изображение не трансформировалось в план станции. Зеленый цвет означал неповрежденные сектора, желтый указывал на допустимые, не смертельные повреждения, а красный значил, что мы можем без проблем урезать бюджет, выделяемый тюрьмой на еду. Красного цвета было много.

 

Пальцы Кейлы танцевали по экрану.

 

– Командный, инженерный и медицинский отсеки… они все отключены.

 

Я присоединился к ней у экрана.

 

– Можно мне?

 

Пристально посмотрев на меня, она неохотно ввела свои коды. Не теряя времени, я переключился назад на звездный ландшафт, и, насколько было возможно, увеличил изображение участка, откуда пришли эти ракеты.

 

Немного прокрутив экран, я нашел небольшое прогулочное судно, которое было спешно модифицировано установкой огромных ракетных блоков. Еще несколько истребителей летали рядом в тесном порядке. Корабль побольше притаился позади них, но ограниченные возможности станции по увеличению делали его размытым, и я не мог понять, что же именно это был за корабль. Внезапно изображение стало размыто чем-то настолько большим, что оно оказалось все в пикселях.

 

Может быть, это был истребитель, прошедший очень близко к станции. И ни один из тех кораблей не был кораблем ОЗИ.

 

Я попробовал аварийные каналы, но все, что я услышал – «белый шум» статических разрядов на всех волнах. Нас глушили.

 

– Пираты. Я не знаю, что они здесь делают, но это не к добру.

 

– Это побег? – спросила Вайрик.

 

– Может быть, но неужели ты думаешь, что кто-то, обладающий целой флотилией, немедленно полетит прямиком на Келлог IV? – спросил я, подразумевая бесславную репутацию тюремной планеты.

 

Такая конструкция, как ОТССР-4, являлась как, собственно, тюрьмой, так и пересылочным пунктом, где могли содержаться особо опасные заключенные с внешних систем в ожидании перевода на Келлог IV.

 

– Это может быть всего лишь набегом. Когда группа пиратов становится слишком большой, ей трудно обеспечивать себя грабежом случайных торговцев. Такая конструкция, как эта, может быть привлекательной целью. Заключенные – всего лишь дополнительный бонус. Или расходный материал, в зависимости от капризов пиратов.

 

– Но здесь же есть защитные системы?

 

– Конечно. – Как бывший тюремный квартирмейстер, я лучше нее понимал, что кто-то еще мог выжить на станции.

 

Я переключился на летную палубу. В воздухе плавали обломки. Темный, человекообразный силуэт медленно из-за микрогравитации вращался в воздухе.

 

Быстрое сканирование высветило зазубренный пролом в корпусе. Декомпрессия была быстрой и сильной, но два истребителя станции все еще оставались на своих местах.

 

– Выглядит, как будто мы не оказали сильного сопротивления.

 

Приглушенные вибрации и стук эхом разносились по палубе вокруг нас. Я чувствовал, как поднимается мой желудок при колебаниях гравитации. Зловещее шипение воздуха, утекающего через вентиляцию, было знаком, что станция получила повреждения больше, чем ее системы могли бы исправить, и это означало, что очень скоро станет трудно дышать.

 

– Нужно идти, – сказал я.

 

Неохотно Кейла вышла со мной за дверь и далее по коридору.

 

Повреждения оказались больше, чем я думал. Роняя на пол искры, провода свисали с потолочных панелей, как лианы в джунглях. Воздух пах озоном, горелой резиной и был горячим, как если бы пламя бушевало за пределами нашего взгляда.

 

Проход, по которому мы прошли, был пустым и темным, за исключением случайных вспышек и шелеста кабелей над нашими головами.

 

Компьютер привел нас во вспомогательный командный центр, но у меня был другой план. Я повернул в сторону тюремного блока зоны Строгого режима.

 

– Что мы тут делаем? – спросила Кейла.

 

Мы стояли напротив красной металлической двери с блоком клавиш в центре.

 

– Системы связи отключились, и это означает, что мы не сможем послать сигнал бедствия. До тех пор, пока нам не улыбнется удача и кто-нибудь не пришлет внеплановую партию заключенных. Самая ранняя помощь, на которую мы можем рассчитывать, придет только через пару недель. Сидеть и ждать – это не вариант, – я позволил своей интонации передать дополнительный смысл. – Особенно для тебя.

 

Вайрик чувствовала себя неудобно.

 

– Здесь тысяча шестьсот заключенных и две сотни штатных работников. Мы не можем их бросить.

 

Я подавил свое раздражение.

 

– Вы терапевт, а я квартирмейстер. Никто из нас не годится в герои. На летной палубе два истребителя. Мы можем использовать их, чтобы сбежать со станции и предупредить ОЗИ.

 

Не убежденная моей речью, она посмотрела на дверь.

 

– Хорошо, но что мы делаем здесь?

 

– Ищем того, кто годится в герои, – сказал я с ухмылкой на лице.

 

Я вспомнил те времена, когда начал «перемещение припасов для извлечения прибыли», и, на всякий случай, мне не помешала бы небольшая помощь изнутри, чтобы быстро сбежать. Я изучал информацию, и каждый официальный документ, который попадал мне в руки, говорил о том, что тот парень, которого мы собирались освободить, был чертовым лучшим пилотом на борту. Он был бывшим военным, так что большинство файлов, что я смог найти, были отредактированы. Я также нашел список принадлежавших ему медалей, и, что было лучше всего – он не получал именно той медали,которую дают, когда ты ловишь пулю.

 

Открытие двери блока Строгого режима было похоже на открытие двери микроволновки. Порыв перегретого воздуха опалил мое лицо, и я непроизвольно отвернулся.

 

Открытого пламени в коридоре не было видно, но некоторые пластиковые панели на стенах пузырились и теряли форму.

 

– Дай мне свою карточку, – попросил я Кейлу, протянув руку.

 

– Нюланд,– сказала Вайрик, – ты не можешь…

 

Я кивнул в сторону коридора:

 

– Не волнуйтесь, я вернусь. Не сбегу я через него.

 

– Я не это имела в виду, – ответила она, но все же дала мне карточку.

 

Мои инстинкты предупреждали меня об опасности. Жар был очень сильным, трудно было дышать. Я игнорировал это.

 

Возможно, я мог бы найти и другого пилота, но этот парень был лучшим, и я убедил себя, что кто-либо другой нас погубит.

 

Пригнувшись, насколько возможно, я двигался по противоположной стороне коридора, избегая морщившегося от жара пластика, но это было почти невыносимо.

 

Отсчитав две двери, я воспользовался карточкой Вайрик.

 

Панель засветилась зеленым, дверь откатилась в сторону. Что же это за человек, ради освобождения которого мы рискнули нашими жизнями?



 


Глава вторая

Огонь в блоке Строгого режима двигался по кабельным коробам в подвесном потолке и горел так жарко, что начали плавиться пластиковые панели на стенах. Густой черный дым, проникающий в коридор, напомнил мне чернила, медленно растекающиеся в воде.

 

Вес Морган, человек, за которым мы пришли, подскочил и приблизил свое лицо вплотную к моему. Затем он оборвал рукава своей тюремной униформы, намочил их в маленькой раковине и закрыл одним свое лицо. Второй рукав он протянул мне.

 

– Над нами – он показал на потолок, – перегретый пар. Под нами – химические испарения, которые убьют тебя, если их вдохнешь. Так что пригнись, но не очень сильно.

 

Он двинулся по коридору.

 

– Нужно попасть на летную палубу, это единственный путь со станции, – сказал я, показав назад, на то место, где Кейла Вайрик ждала нас.

 

Тюрьма была блокирована, и Вайрик была единственной, кто имел коды. На обход не было времени. Я был вооружен короткоствольным оглушающим пистолетом, который взял из шкафчика снаружи блока,и мог бы направить его на Веса в любое время, но мы нуждались в его помощи чтобы прорваться через пиратскую блокаду.

 

– Мы не уйдем без Асари, – сказал он хрипло.

 

– Кто такой Асари? – спросил я, но Морган уже двинулся вниз по коридору, направляясь к следующей камере. Я был уверен, что раньше уже где-то слышал это имя, вот только не мог вспомнить,где.

 

Я последовал за ним, пусть и неохотно, пригнувшись, как мне и сказали. Несмотря на то, что открытого пламени не было видно, воздух ощущался нестерпимо горячим и обжигал легкие при дыхании даже через влажную ткань.

 

– Это здесь, – сказал Морган через рукав. Он стоял напротив единственной занятой камеры в блоке. Кроме строки чисел над дверью, тут не было других идентификационных отметок.

 

Вайрик отдала мне свою ID-карту, которая открывала любую дверь на станции. Но это был блок Строгого режима – место, где ОЗИ держала тех преступников, чьего обнаружения кем-либо не хотела.Людей, совершивших жестокие преступления, или замеченных в пиратстве, или…

Я вспомнил, кто такой Юсаф Асари.

 

– Я не буду открывать эту дверь, – сказал я твердо. – Асари обвиняли в попытке геноцида.

 

Теваринский террорист, он запустил вредоносный вирус в одной из колоний в системе Геддон. Идея заключалась в распространении инфекции через транспорты колонии, которые возвращались в пространство ОЗИ. Адвокаси прознало про этот план и закрыло колонию до того, как вирус успел распространиться, но ущерб на поверхности был ужасен. Асари был монстром в любом смысле этого слова.

 

– Мы можем сидеть здесь и спорить, или я могу забрать у тебя ID-карту и открыть камеру сам. То, что я позволяю тебе держать карту у себя – всего лишь любезность.

 

Морган знал, что я был вооружен, но, кажется, это его не волновало. Может быть, он всего лишь не хочет, чтоб Асари погиб в огне, предположил я. Если причина в этом, я мог бы пойти на уступку.

 

– Я хочу твоей персональной гарантии, что он не сбежит со станции.

 

Морган подтвердил это:

 

– Я не хочу помочь ему сбежать. Чем он займется - его право. – Именно это я и хотел услышать.

 

Асари не сразу вышел из своей камеры. Он был великоват даже для теваринца, и это кое о чем говорило. У него был шрам через все лицо и верхнюю часть плеча, хорошо заметный, потому что на Асари была белая рубашка без рукавов.

 

– Морган, – пробормотал он невнятным голосом. – Ты выглядишь не так, как все, как я мог себе представить.

 

– А ты выглядишь, как в хронике, – сказал Морган. – Считай это спасением.

 

Взгляд Асари скользнул мимо меня, как будто меня здесь и не было.

 

– Я не могу к тебе присоединиться, – сказал он. – Мои теваринские братья на нижней палубе, сначала я найду их, а затем мы присоединимся к нападающим, если они примут нас. Если же нет,тогда мы их убьем.

 

– Я понимаю, – сказал Морган. Он протянул руку, Асари пожал ее. – Был рад встрече.

 

– Увидимся, Вес Морган, если не перед смертью, то уж после. – С этими словами гигантский теваринец свернул в коридор и исчез в глубинах тюрьмы.

 

– Пока что мы не идем на летную палубу, – сказал Морган, когда мы вернулись к Кейле. Он продолжил прежде, чем кто-то из нас смог возразить. – Это игрушечное оглушающее оружие совсем не то,что потребуется, если мы столкнемся с людьми, ответственными за уничтожение защитных систем Орбитальной тюрьмы, и будь я проклят, если встречусь с ними, вооруженный лишь своим обаянием.

 

– Никакого оружия, – сказала Вайрик твердо.

 

Морган смерил ее взглядом снизу вверх и обратно.

 

– Ты милая девушка, и хорошо выглядишь. Вряд ли тебе захочется узнать, что сделают с тобой те парни, если им предоставится такой шанс. – Он позволил этой ужасной мысли немножко повисеть в воздухе, прежде чем продолжил. – Ты знаешь, кто я?

 

Она побледнела, но кивнула.

 

– Ты читала мое досье?

 

Еще один кивок.

 

– Келлог IV запросил психологический профиль перед твоим переводом. Я собиралась заняться этим где-то на следующей неделе.

 

– Хорошо, тогда ты знаешь, что я не психопат. Оружие – всего лишь средство для ведения переговоров. Если мне не придется стрелять, я не буду.

 

Кейла мгновение изучала его, потом кивнула в третий раз. Как ни странно, я не думаю, что она приняла решение из-за угрозы, высказанной Морганом, потому что была психологом, а уж они-то хорошо «читают» людей. Я предполагаю, что она увидела в нем что-то, убедившее ее в том, что он говорит правду.

 

К несчастью, мы не были первыми людьми на станции, кто подумал об оружейной. Рискнув спуститься на лифте на пару уровней, мы прошли по лабиринту коридоров. Подойдя поближе, мы услышали шум, скрежет металла по металлу, крики и проклятия.

 

Их источник обнаружился, когда мы завернули за угол. Заключенный, такой тощий, что его грудь казалась вогнутой, держал ремонтный пистолет, стоя напротив закрытой двери, похожей на дверь в банковское хранилище. Этот пистолет, обычно применяющийся для заделки отверстий в корпусе, проделанных микрометеоритами, искрил, когда соприкасался с металлом. Обугленные участки покрывали дверь тут и там, показывая места, где провалились предыдущие попытки ее открыть.

 

Огромный заключенный, которого я знал как Албуса Кронока, стоял с группой людей. Его руки были скрещены на груди, он наблюдал за операцией из-под полуприкрытых век. Оружие, взятое у мертвого охранника, было прислонено к стенке напротив, только руку протяни.

 

– Последний шанс развернуться и уйти на летную палубу, – нервно предложил я.

 

– Мы остаемся, – сказал Морган. Он протянул руку. – Дай мне оружие.

 

Я заколебался, но, к моему удивлению, Вайрик поддержала его.

 

– Ты думаешь, это что-то изменит, так или иначе?

 

Может, разницы и не было, но вес оружия на поясе придавал мне уверенности, и мне не хотелось отдавать его.

 

Как только я передал оружие, Морган подошел к одной из контрольных панелей на стене, сокрушил ее кулаком и вытащил провода. Он достал магазин из оглушающего пистолета и что-то сделал с ним при помощи вытащенных из контрольной панели проводов, посыпались искры. Изучив то, что получилось, он вставил магазин обратно в пистолет, удовлетворившись осмотром.

 

– Так. Теперь оно смертельно, – Морган поднял ствол и направил его прямо на нас.

 

– Ну вот, – сказал я, глядя на Кейлу, – это не заняло много времени.

 

– Это все часть плана, правда же, Морган? – спросила она с оптимизмом.

 

– Это часть плана, конечно, – ответил Морган с ухмылкой. – Знаешь совет о первом дне в тюрьме? «Найди самого крутого сукиного сына и сразись с ним». Вот это мы и сделаем.

 

Затем, угрожая оружием, он погнал нас вперед.

 

– Шевелитесь.

 

Спустя некоторое время человек с ремонтным пистолетом заметил, что остальные заключенные притихли. Обратив на это внимание, он опустил инструмент, поднял на лоб защитные очки и посмотрел в направлении Кронока.

 

Здоровенный заключенный отстранился от стены, подцепил носком приклад ружья охранника, подбросил его в воздух и поймал. Когда он повернулся в нашу сторону, несколько заключенных последовали его порыву.

 

– Так, так. Кейла Вайрик. Рад видеть твое милое личико. Кто эти двое твоих друзей?

 

Я понял, что каждый знает тюремного психолога в лицо. Морган перехватил мой взгляд. Он стиснул покрепче оружие и подчеркнуто кивнул на чувака с ремонтным пистолетом, как бы поручая его мне, если вдруг дела пойдут не так. Я пожал плечами и сделал вид, что не понял его. Я такой же смелый, как и все, но ремонтный пистолет плавит металлы, и я не заставлю себя броситься на искрящийся инструмент.

 

– Доктор Вайрик, – сказала она. – Я была доктором Вайрик, кода мы встретились в первый раз, и я была доктором Вайрик на прошлой неделе, когда ты рыдал как ребенок в моем офисе, потому что твоя подружка устала тебя ждать и ушла к своему боссу.

 

Кронок моргал, как будто был сражен, и бросал короткие взгляды по сторонам.

 

– Рыдал? Я? Ты что-то напутала, – он ссутулился и сказал более мягким, просящим тоном: – А как же соглашение о конфиденциальности доктор/пациент, или что-то вроде того?

 

Но Вайрик не вняла ему. Она посмотрела на человека с ремонтным пистолетом.

 

– Привет, Джеймс. Я удивлена, что вижу тебя здесь. Как ты думаешь, что сделает твоя сестра, когда тебе добавят еще двенадцать лет к сроку за попытку побега? Останется со Слейдом и закончит свои дни в больнице? Ты ведь спасешь ее от всего этого, не так ли?

 

Джеймс покраснел, затем положил ремонтный пистолет на землю.

 

– Извини, Кронок. Я не могу позволить этому случиться.

 

– И ты, Мик Браун! Не ты ли…

 

Заключенный, которого она спрашивала, даже не стал дожидаться окончания вопроса.

 

– Хорошо, хорошо. Ты высказала свои аргументы. Я не прикоснусь и к волоску на твоей голове.

 

Я был ошарашен. Кейла нейтрализовала одну из наиболее жестоких групп в тюрьме. Используя только слова.

 

Глаза Моргана были широко открыты.

 

– Есть ли кто-нибудь, на кого у нее нет компромата?

 

Я мог только пожать плечами.

 

Вайрик шагнула прямо в середину группы. Даже на каблуках ее голова не достигала их плеч, но, казалось, что она завладела их телами и душами.

 

– У меня есть для вас новость. Теперь я здесь новый хранитель. Это значит, что я могу дать пароли станции и выдать хорошие рекомендации тем, кто поможет нам.

 

Она огляделась в ожидании, пока они переваривают новость. Затем подняла свою ID-карту:

 

– И, поскольку я действующий хранитель, у меня есть доступ в оружейную.

 

Морган моргнул, как будто до этого момента он слушал лишь вполуха.

 

– Подожди-ка секундочку…

 

Я заикнулся о том же:

 

– Мы вооружим их?

 

Но одобрительные крики заключенных заглушили меня. Затем Кейла открыла дверь, и мы очутились в центре толпы радостных безумцев, вооружившихся до зубов. Теперь только одна вещь удерживал их от того, чтобы выкинуть нас через ближайший воздушный шлюз - отсутствие колебаний у Вайрик в разглашении конфиденциальной информации.

 

Я не забыл прихватить штурмовую винтовку P4SC. Если за мной придут, я буду вооружен.



 


Глава третья

Моя голубая офицерская униформа резко контрастировала с оранжевыми робами, в которые были одеты все члены нашей группы за исключением Кейлы Вайрик – терапевта, о которой и шла речь.

 

Я уже привлекал изредка бросаемые на меня любопытствующие, но в то же время свирепые взгляды, и знал, что, как только эти парни наиграются с оружием, которое она добыла для них в оружейной, дело дойдет и до грубостей. Трюк, позволивший нам оставаться в живых, состоял в том, чтобы все время держать их чем-то занятыми, и Морган, спасенный нами из блока Строгого режима, только этим и занимался.

Неподалеку от грузового лифта Морган, Кейла и Кронок столпились вокруг её ноутбука. Наемник выказал себя кем-то вроде эксперта-хакера и для получения доступа к тюремной сети использовал то, что можно было назвать лишь офисными игрушками.

 

Картинки со свежеотремонтированной летной палубы светились на экране.

 

– Тут они проделали дыру во время первой атаки, – заметил я. – Похоже, пираты, напавшие на станцию, подлатали ее и восстановили гравитацию.

 

Мы видели нескольких пиратов, слоняющихся кучками, в то время как посадочные огни высветили часть летной палубы и большой грузовик, маневрирующий сквозь голубоватый воздушный экран. Он выглядел так, будто его собрали из частей разных кораблей. Большой, неподвижно зафиксированный ускоритель частиц, располагался сверху на корпусе и выступал вперед. Он был раскрашен особым образом и выглядел как рог какого-то дикого зверя. К несчастью, иллюзия свирепости вдребезги разбивалась двумя непропорционально маленькими крыльями, из-за чего корабль выглядел не как хищник, а скорее, как индейка с рогом.

 

– Это Псы, – мрачно сказал Морган. Его палец указал на граффити на борту грузовика.

 

– Псы? – спросил я.

 

– Псы Сверхновой. Это плохие новости. Тяжело вооружены, а мораль облегченная. И довольно богаты для пиратов.

 

– Каннибалы, – проворчал Кронок. – Не позволю своим к ним присоединиться.

 

Когда он увидел, какими взглядами одарили его я и Кейла, то пожал плечами:

 

– Если вы ожидали лояльности, то вы даже большие идиоты, чем я представлял.

 

– Мы можем попробовать обходной маневр, – сказал Морган, проигнорировав замечание. Он, скорее всего, считал само собой разумеющимся, что Кронок пойдет против нас при первой же возможности.

 

Он изменил угол обзора камеры на экране ноутбука.

 

– Прокрадемся позади этих истребителей и перестреляем их прежде, чем они поймут, что мы уже здесь.

 

Кронок громко рыгнул.

 

– Обходной маневр? Эти ребята не солдаты. Тебе придется использовать короткие слова и говорить с ними медленно.

 

– Может, уговорим пиратов? – предложила Вайрик.

 

Морган продолжил, как будто Кейла ничего и не говорила:

 

– Твои люди не продержатся и пяти минут в прямом противостоянии с Псами Сверхновой.

 

– Есть только один способ выяснить это, – Кронок неуклюже надавил на кнопку лифта и рявкнул своим людям, чтоб те заходили. Мы с Кейлой стояли за его спиной и пытались сообразить, как же разрулить эту ситуацию.

 

Если бы я хотел сражаться с пиратами, то управлял бы истребителем ОЗИ. Закончив учебу, я выбрал себе занятие. Конечно, смерть Дэвида убедила меня работать где угодно, лишь бы не в кокпите.

 

Безопасность на ОТССР-4 была на уровне, и летная палуба была спроектирована так, что она ограничивала перемещения и вызывала клаустрофобию. Подъемник открывался в воздушный шлюз, который являлся, практически, «полем смерти». Охранники с летной палубы могли стрелять внутрь него через вертикальные щели в стенах, и я также знал о том, что под потолком были установлены инфразвуковые устройства, которые могли быть использованы для оглушения любого, находящегося внутри.

 

К счастью, с нами была Кейла, и с помощью ее кодов мы смогли отключить и защиту воздушного шлюза, и сигнализацию подъемника.

 

Люди Кроно