Второй рейс: история Сорри Лиракс. Часть 2

Второй рейс: история Сорри Лиракс. Часть 2

Второй рейс: история Сорри Лиракс. Часть 2

Второй рейс: история Сорри Лиракс. Часть 2

Читать Первую часть

За авторством Томаса К. Карпентера

Никогда не переставай думать

[59:43:11]

Станция создавала успокаивающий фоновый шум для моего личного праздника жалости к себе, пока я стояла, прислонившись к холодному стеклу, и глядела на светящийся рукав галактики.

Самым очевидным вариантом было найти Бетрикс ЛаГранж. Скорее всего, она сейчас бездельничала в каком-нибудь людном месте и только и ждала момента, пока я приползу обратно к ней и начну умолять её взяться за эту доставку. Теперь она, наверное, предложит мне максимум 10%, но, по правде говоря, я поступлю очень глупо, если откажусь.

Мне нужно было на чём-то сосредоточиться, поэтому я начала повторять правила, которые сама же и придумала для этой работы.

– Правило первое, никогда не путешествуй с пустыми руками. Правило второе, ничего противозаконного. Правило третье, официальные маршруты для слабаков. Правило четвертое, никогда не отвлекайся. Да уж, пожалуй, мне стоило его запомнить. Правило пятое, никогда не переставай думать... никогда не переставай думать...

Я активировала мобиГлас, чтобы в пятый раз изучить информацию о кораблях на станции, когда почувствовала, как кто-то мягко подергивает меня за руку. Это была та женщина с ребенком. На её темном лице виднелись солоноватые полосы от высохших слез, но она выглядела спокойной и прижимала дочь к ноге.

– Спасибо... – произнесла Алара Горейн.

– Сорри, это мое имя, а не извинение, – сказала я, понимая, что вновь позволила ей отвлечь себя.

Её губы сморщились в подобие изнуренной улыбки. – Даже не представляю, как тебя благодарить за помощь нам с Гретой. Не знаю, что бы я делала, забери он девочку на корабль.

Мое лицо покраснело от смущения. – Не беспокойся. Это был старый трюк. Я научилась ему в отцовском баре. Ничто так не сбивает человека с толку, как официозная тарабарщина.

– Да? – спросила она. – Ты работаешь в баре?

– Нет. Я курьер. Не самый хороший на данный момент, но всё же.

Её глаза раскрылись от удивления. – Курьер, правда? Если так, могу я нанять тебя? Мне нужно передать заявление о разводе в систему Солнце, чтобы он не смог вернуться и снова забрать Грету.

– Я смогу добраться туда не раньше, чем через несколько недель, – ответила я, суетливо ёрзая пальцами по мобиГласу.

– Думаю, меня это устроит. В ближайшие пару месяцев он точно не вернется. Он много путешествует. Я собиралась прибегнуть к услугам FTL, но будет лучше, если вся плата за доставку достанется тебе лично, – сказала Алара.

Я кивнула, взяла у неё диск с данными и сунула его в рюкзак.

– Зайди в СНК и подай заявку. Мое имя в системе – СЕРЕБРЯНЫЙХАН, – сказала я.

– Ещё раз спасибо, Сорри. Не знаю, что бы я делала, если бы потеряла её, – ответила Алара. Она неуклюже обняла меня, а затем удалилась, держа за руку дочь с затуманенными глазами. Меня обуяли смешанные эмоции. Я была рада за женщину и её ребенка, но отвлекшись на них, я упустила свой рейс. И всё же не её вина в том, что я осталась на станции.

Стояние на одном месте никак не приближало меня к цели, поэтому я начала гулять по станции, попутно в очередной раз проверяя список кораблей. «Коготь орла» направлялся в сторону Солнца; может быть, если я отправлюсь вместе с ним, то смогу пересесть на какой-нибудь прямой рейс в Тирол. Однако этот корабль пробудет на станции ещё как минимум один день в ожидании поставки груза. «Золотой олень» перевозил топливо по контракту с Cry-Astro. По пути к месту назначения он сделает такое количество остановок, что вся затея пойдет прахом. «Вита Перри» отправлялась сегодня, но следовала в сторону Феррона. «Дорнадо» – это одноместный корабль, так что если только я не желала... мои глаза вернулись к предыдущему пункту списка. «Вита Перри». Почему-то этот корабль отложился у меня в голове. «Вита Перри». Где же я раньше слышала это имя?

Отойдя на несколько шагов, я вспомнила.

Я изо всех сил помчалась на другой конец станции, где «Вита Перри» готовилась к отлету. В это время у меня в голове уже быстро складывался план. Вита Перри – так звали основательницу Церкви Путешествия – доброжелательной религии, которая верила в путешествия ради самого процесса. Я едва ли могла не согласиться с ними, поскольку сама стала курьером ради возможности повидать галактику. Прямо на бегу я связалась с кораблем. Мне ответил старый джентльмен с морщинками от смеха вокруг глаз и рта.

Я сказала, – Приветствую тебя, брат Компаньон! Найдется ли у вас место для ещё одного пилигрима?

– Конечно, мы будем очень рады, если ты присоединишься к нам. От тебя потребуется внести пожертвование, но оно довольно символическое, – ответил он.

Я перевела деньги ещё до того, как добралась до шлюза. Там меня поджидала улыбающаяся женщина. У нее отсутствовала левая рука ниже локтя, а на челюсти виднелся шрам от ожога. Видно, когда-то в прошлом она пережила ужасный пожар.

– Приветствую, Компаньон Сорри Лиракс, – сказала она. – Я Аделина, первая спутница на «Вите Перри». Как же чудесно, что ты можешь присоединиться к нам. Ты прибыла как раз вовремя, мы вот-вот собирались отчалить от станции.

Внутри Реклеймер выглядел несколько иначе, нежели я ожидала. Грузовой трюм был модифицирован, чтобы вмещать больше пассажиров. Он походил на коммерческий транспорт, но более... культистский. На стенах и потолке висели карты. Они же были нарисованы на полу, и даже в конструкции тканевых сидений имелись специальные отделения для карт. Причем это были не обыкновенные однотипные карты, а реальные карты звездных систем и планет. Казалось, будто бы целая библиотека атласов извергла внутрь корабля свое содержимое.

Тут сидели, по крайней мере, пятнадцать человек, среди которых затесался один Бану, одетый в кремовую робу. Я нашла место напротив Бану, сунула серебристый кейс под сиденье, убедившись, что тут он будет в безопасности, и устроилась в кресле поудобнее, пока корабль отчаливал от станции. Как только мы направились к прыжковой точке в Феррон, я протиснулась между сидений и направилась в кабину.

– Можно мне войти? – спросила я.

Дверь отодвинулась в сторону. Первая спутница Аделина прошла мимо меня, чтобы присоединиться к остальным паломникам в задней части корабля.

– Приветствую, Сорри, – сказал Капитан. – Я Капитан Лемми. Ты хотела посмотреть, как мы приближаемся к прыжковой точке?

– Нет, это лишнее. Я хотела узнать, есть ли какая-то особая причина, почему вы направляетесь в Феррон? – спросила я.

Он пожал плечами. – Да нет.

– В таком случае можно ли как-нибудь убедить вас изменить курс и полететь в Киллиан? – спросила я, стараясь не демонстрировать слишком заметного отчаяния в голосе?

– Все пункты назначения одинаково хороши, – ответил капитан.

Он включил переговорное устройство. – Кто-нибудь возражает против полета в Киллиан?

Когда ответа на его вопрос не последовало, капитан произнес, – полагаю, в таком случае мы направляемся в Киллиан.

Среди пассажиров послышался приглушенный шум восхищенных голосов.

Мою грудь наполнило облегчение. – Спасибо, Капитан Лемми.

– Не благодари. Тем не менее, я надеюсь, ты увеличишь свое пожертвование Церкви, – сказал он, подмигнув.

– Да, конечно, – согласилась я. – Я вернусь на свое место и немного вздремну. У меня был долгий день.

Сделав второе небольшое пожертвование и увидев, как мои и без того скромные финансы ещё сильнее истощились, я вернулась на свое место. Кресло с откидной спинкой заставило меня думать, что я лежу на теплом зефире. Последователи Церкви, бесспорно, умели путешествовать с комфортом. Прыжковая точка Давиен-Феррон находилась в относительной близости от Цестула, тогда как переход Давиен-Киллиан скрывался далеко за поясом астероидов. Кораблю понадобится несколько часов, чтобы добраться туда.

*  *  *

[57:01:05]

Я устроилась поудобнее и в какой-то момент задремала, пока другие пассажиры тихо рассказывали друг другу разные истории. Если бы я не была настолько сильно измотана, я бы тоже поделилась парочкой своих приключений. Эта часть путешествий мне нравилась больше всего – общаться с людьми со всех уголков галактики. Именно в такие моменты я радовалась, что стала курьером.

Я не помню, снились ли мне сны. После пробуждения я достала мобиГлас, чтобы изучить скачанный перед отправлением список убывающих кораблей в поисках возможных маршрутов из Киллиана. Я присмотрела несколько потенциальных кандидатов, но согласятся ли они взять меня на борт или нет, я узнаю только когда доберусь до системы.

Затем я почувствовала на себе чей-то пристальный взгляд. Не двигая головой, я краем глаза обнаружила, как меня внимательно изучал тот единственный Бану.

– Привет, – сказала я, тут же мучительно осознав, что у меня нет опыта общения с инопланетянами.

– Приветствую, компаньон, – произнес он низким голосом. Я ясно поняла его слова, хотя из-за акцента казалось, что он говорил с пузырем воздуха в горле.

– Я Сорри, и это имя, а не извинение, – сказала я, гадая, смог ли он уловить шутку.

– Мое имя довольно сложное для человеческого языка. Можешь звать меня Шёлк, – ответил он ритмично, то повышая, то понижая тон голоса.

– Шёлк? – ляпнула я, не подумав. Его внешний вид можно было описать как угодно, но уж точно не шелковистым.

– Ваш "Шёлковый путь" напоминает мне о торговле у Бану. Ты слышала о нем? – спросил он.

– Нет, – ответила я, покачав головой.

Гребень у него на лбу сместился взад-вперед. Я понятия не имела, как интерпретировать такой жест. Если бы он был человеком, я бы предположила, что он разочарован, однако раннее мне доводилось общаться с Бану лишь вскользь.

– Ты курьер, – сказал Шёлк, кивком указав на кейс.

– Мм, да, – согласилась я, слишком шокированная его утверждением, чтобы лгать. Внезапно во мне усилились подозрения. – Как ты узнал?

– На твоем кейсе символы Бану. Но ты не Бану, – сказал он и хмыкнул языком.

Я посмотрела на странный замок с таким чувством, как будто мне предъявляют претензии.

– Кейс не имеет значения, – сказал он, – но почему юный человек так нервничает?

Его замечание заставило меня перестать барабанить пальцами по ноге. – Я не нервничаю, просто много мыслей в голове. Это очень важная доставка.

– Доставка не имеет значения. Ты путешествуешь, и этого должно быть достаточно, – сказал он.

– Хотела бы я, чтобы так оно и было, но если я не справлюсь с доставкой, то упущу крупную сумму кредитов. Я не хочу всю оставшуюся жизнь оставаться рабом корпорации, – сказала я, не понимая, зачем я вообще изливаю душу этому инопланетянину.

– Путешествуй в единстве с собой, и ты достигнешь своей цели, – произнес он, важно кивнув головой.

Только я успела открыть рот, чтобы выразительно ответить ему, как по салону пронесся звук тяжелого удара, и «Вита Перри» моментально накренилась набок. Мгновение спустя сработали аварийные сирены. Мигающие огни освещали салон, в то время как громкий вой пронзительно звучал у меня в ушах.

Эмоции на лицах других пассажиров варьировались от недоумения до явной паники.

Один пассажир воскликнул, – Это превращается в настоящее приключение!

Сквозь отвлекающий шум я услышала звук, похожий на утечку воздуха.

Сирены замолкли, и по громкой связи раздался беспокойный голос Капитана Лемми, – Мы столкнулись с обломками. Сейчас мы дрейфуем без энергии, и у нас пробоина в обшивке где-то по правому борту. Я послал сигналы бедствия, но мы находимся слишком далеко, чтобы кто-то успел добраться до нас вовремя. Если на этом корабле есть люди с опытом работы в открытом космосе, пожалуйста, подойдите к рубке.

*  *  *

Никто не сдвинулся с места. Я была поражена тем, что большинство пассажиров демонстрировали стойкость и уверенность в ожидании инструкций от капитана, хотя некоторые, насколько я могла судить, всё же начали поддаваться панике. Температура воздуха падала. Я встала, быстро метнулась к кабине и постучала в дверь пилота.

– Ты можешь заняться ремонтом корабля? – спросил Капитан Лемми.

– Возможно, но как насчет вас, Первая Спутница? Или вас? – спросила я.

– Я не могу. Мне нужно будет перенаправить мощность во время твоего отсутствия, – он приглушил голос до шепота, – и я не могу снова подвергнуть Аделину такой опасности.

Причина отсутствующей руки и шрамов на лице стала яснее.

– У меня есть сертификация для ВКД, – сказала я, опустив тот факт, что в действительности я ни разу не выходила в открытый космос, не говоря уже о проведении там каких-то работ. Чтобы стать курьерами в FTL, нам нужно было сперва прослушать курс лекций и просмотреть обучающие видео, где разъяснялся порядок действий в случае, если вдруг понадобится надевать скафандры. Большинство других курьеров просто играли в свои мобиГласы во время этих лекции.

Но меня они заинтересовали. И не потому, что я на самом деле считала, что когда-нибудь мне придется на практике применять полученные знания. Нет, просто при мысли оказаться снаружи мчащегося на огромной скорости корабля я воображала себя ребенком на лучшей в галактике игровой площадке.

Теперь же, теперь, когда наши жизни зависели от успешного выполнения работы за бортом, эта идея уже не звучала столь романтично. Напротив, она по большей части пугала.

– Видишь тот шкафчик за дверью? – спросил он, давая мне время осмотреться.

– Ага, – ответила я.

– Надевай костюм. Там внизу лежит ремонтный набор – пристегнешь его на пояс. Как только найдешь пробоину в корпусе, залатай её при помощи мгновенной эпоксидки. Если, конечно, дыра не слишком большая, – не очень уверенно произнес он.

Пока он разглагольствовал, я уже открывала шкафчик. При взгляде на скафандр, я быстро поняла, что он был сшит на гораздо более крупного человека.

Пока я залезала в скафандр для ВКД, Капитан приказал остальным пассажирам надеть теплые вещи, достать кислородные баллоны из боковых отделений и ждать дальнейших указаний.

Первая спутница Аделина ходила между рядами и по возможности помогала пассажирам. Когда у меня не получилось закинуть на голову объемную нагрудную секцию костюма, я позвала её на помощь. Я была слишком взволновала будущим выходом в космос и поэтому не ощутила должной неловкости из-за неудачно подобранных слов.

Здоровой рукой она помогла мне влезть в костюм, пока я стояла, вытянув руки в стороны. Продевая голову через нагрудную секцию, я больно ударилась носом и поняла, что жесткий пластик существенно ограничит подвижность. Как только я высунула голову, сразу же почувствовала себя ребенком, сидящим за родительским столом во время семейной встречи.

С обеспокоенным хмурым видом Аделина спросила меня, – С тобой всё будет хорошо в этой штуке?

– У тебя есть ремни или хоть какие-нибудь застёжки, чтобы как-то затянуть провисающие части? – спросила я в ответ.

Технически, подтягивать космический скафандр свободно висящими ремнями было плохой идеей, но мне думалось, что лучше уж сделать так, чем выйти в космос в скафандре на несколько размеров больше без каких либо модификаций.

Аделина повернулась к другим пассажирам.

– У кого-нибудь есть веревки или ремни? – спросила она с надеждой.

Тощий джентльмен средних лет, но с пухлым лицом огрызнулся, – Нас бы не подбили, если бы ты не заставила капитана сменить курс.

Аделина ответила в мою защиту, – Вы знали о рисках, когда присоединялись к Церкви. Космические путешествия всегда представляют опасность, вне зависимости от принятых мер. И она единственная вызвалась добровольно выйти наружу и устранить пробоину.

Я откашлялась и добавила, – Слушайте, Я терпеть не могу спешить, но если я сейчас же не найду несколько ремней и не выйду наружу, чтобы починить корабль, мы все погибнем со стопроцентной вероятностью.

Молодая стильно одетая женщина прокричала, – У меня есть кое-что. Одну секунду!

Она с головой зарылась в сумку, после чего подбежала ко мне с горсткой черных ремней в руке и с красным от смущения лицом.

– Они, ммм... – она запнулась, явно пытаясь подобрать подходящие слова.

Не нужно было долго гадать, чтобы понять истинное предназначение этих ремней. В иной ситуации я бы, пожалуй, здорово рассмеялась, но сейчас наши жизни находились в опасности.

– Прекрасно подойдут, – я закончила фразу за неё и, подавив ухмылку на лице, взяла ремни.

Мы стянули ими лишний материал скафандра, особенно вокруг рук и в области объемной средней части. Перед тем, как на меня надели шлем, я прокричала капитану, – Сколько времени?

Он выдержал паузу, отчего я почувствовала, как будто у меня в животе упал камень.

– Я бы поспешил, пожалуйста, – сказал он, сохраняя профессиональный голос.

Передвигаться по салону в скафандре существенно бόльшего размера было всё равно, что плыть через патоку. Аделина помогла мне открыть внешний шлюз. Как только я оказалась внутри, я последний раз проверила костюм и прицепила страховочный трос на крючок во внешнем шлюзе.

На двери загорелся зеленый огонек, после чего я повернула ручку по часовой стрелке и вышла из корабля.

Я никогда не боялась высоты. Когда я была маленькой и глупой, я как-то раз забралась на стену многоквартирного дома по водосточной трубе, чтобы подшутить над одним товарищем. Я тайно влезла в окно его комнаты и распорола швы на всем его нижнем белье.

Но покачиваясь на корпусе Реклеймера перед бескрайней пустотой, которая, однако, выглядела очень красиво, я непроизвольно втянула руки, как рычаги. Мягкое лязганье ботинок по корпусу было слышно только через воздух внутри скафандра. Я уцепилась за металлическую поверхность и попыталась убедить свое тело в том, что проскользить по направляющей штанге к передней части корабля, это почти как залезть на водосточную трубу.

Сделав несколько глубоких вдохов, я всё же набралась смелости отпустить штангу и вытянуть руку. И хотя могло показаться, что сама идея добраться до места сулит верную гибель, особенно в отсутствие искусственной гравитации, прижимающей меня к кораблю, как только я несколько раз подтянулась вдоль направляющей, страх опустился до уровня небольшого кошмара.

– Как идут дела? – спросил Капитан Лемми через переговорное устройство в костюме.

– Двигаюсь к передней части корабля, – ответила я нетвердым голосом.

– Я не пытаюсь тебя поторопить, но если ты поскорее не залатаешь дыру, то по возвращении обнаружишь здесь лишь замерзшие и бездыханные тела, – сказал он.

Я понемногу двигалась вперед вдоль направляющей, прямо как четырехлетний ребенок, хватающийся за края бассейна во время первого урока плавания. После слов Капитана я решила, что пора переходить на большие прыжки.

Я резко дернула за штангу, высвободив весь накопленный импульс в условиях невесомости, и поплыла вдоль изогнутого корпуса. Однако я неверно рассчитала силу и отлетела в космос, едва скользнув пальцами по холодному металлу.

К счастью, я всё ещё была пристегнута к штанге страховочным тросом, который дернул меня обратно в сторону корабля. Я со всего маху врезалась в стену. Удар лобового стекла шлема о металл корпуса отозвался сильным звоном.

Трясущейся рукой я сумела ухватиться за штангу. На короткий момент, пока я улетала прочь от корабля, я представила, что навсегда затеряюсь в космосе.

Закрыв глаза, я произнесла, – Вот поэтому мы и пользуемся страховочными тросами.

– Ты в порядке, Сорри? – спросил Капитан.

– Уже почти на месте, – ответила я, не желая признавать, что чуть было не обмочила костюм от страха.

Когда моему взору открылась поврежденная область, душа буквально ушла в пятки. Воздух из салона белой дымкой просачивался в черноту космоса через дыру размером с голову. Лишь внутренние стены не позволили всему воздуху улетучиться в течение первых тридцати секунд после получения пробоины. Вместе с воздухом на свободу также вырывались кусочки утеплителя. Если бы удар оказался чуточку сильнее и проломил материал внутренней обшивки, мы погибли бы еще до того, как я выбралась в открытый космос. Я тихо поблагодарила того, кто изобрел щиты.

Я вытащила из сумки аэрозоль. Заполнить такую дыру было нереально. С тем же успехом можно было попытаться покрасить уничтожающий планеты астероид одной банкой краски.

– Капитан. Дыра слишком большая. Я не смогу заделать её, – сказала я.

Некоторое время я пристально смотрела на банку. Там было слишком мало материала, его не хватит на устранение утечки.

Я оглянулась и посмотрела на черноту космоса. Звезда в центре системы Давиен была похожа на маленький горящий шарик. Где-то далеко впереди я заметила отражения на сооружении вокруг прыжковой точки. Она светилась, когда что-то проходило через проем.

– Никогда не переставай думать. Никогда не переставай думать, – повторяла я про себя.

Мне нужно было больше материала, но у меня не было времени возвращаться на корабль.

Сумка!

Я отстегнула сумку от пояса и затолкала её в дыру. Она не хотела держаться в широкой плоской дыре – отдельные её элементы пытались улететь прочь. Локтем я зафиксировала сумку на месте, сняла колпачок с аэрозольного баллончика и несколько раз потрясла его, чтобы эпоксидная смола смешалась. На нанесение спрея у меня была примерно минута, после чего материал начнет твердеть. Я надавила на сопло и выпустила массу в сумку.

Сначала состав не хотел выходить наружу, и я подумала, что мне достался бракованный баллончик, но затем похожая на соплю жижа начала медленно вытекать в коричнувую сумку. Я направила струю на сумку сверху вниз. На полпути к завершению я заметила, как первые части заплатки начинают твердеть и превращаться в белый материал, с виду очень похожий на лед.

В итоге мне удалось заделать дыру эпоксидкой. Для проверки корпуса на утечки я подносила стекло шлема к местам починки и следила за его запотеванием. При помощи оставшегося материала я заполнила мелкие дырочки.

– Дыра заделана, Капитан, – сказала я. – Можете начинать выравнивать давление в салоне, но не спешите. Я не знаю, какая структурная прочность у этой эпоксидки.

Когда ответа не последовало, я почувствовала, как у меня на бровях обильно выступил пот. Я подождала несколько секунд, затем переспросила, – Капитан?

Неужели я опоздала?

Казалось, что весь мой мир внезапно сжался в одну маленькую точку на кончике носа. Лишь затем я обнаружила, что передатчик был выключен. Должно быть, я задела его во время ремонта.

– Капитан? – снова спросила я.

– Да, я здесь, Сорри. Рад слышать тебя. Я уж думал, мы тебя потеряли, – сказал он.

– Я случайно выключила передатчик. Дыра заделана, хотя я бы не рисковала слишком сильно поднимать давление. Мне пришлось импровизировать, и я не уверена в надежности моей заплатки. Я подожду здесь, пока вы будете закачивать воздух, чтобы убедиться в герметичности корпуса, – сказала я.

Несколько минут я молчаливо выискивала любые признаки деформации. Капитан сообщил, что довел давление в салоне до минимального значения и нормализовал уровень кислорода. Не торопясь, я вернулась обратно в шлюз.

Перед тем как войти внутрь, я повисла на одной руке и посмотрела на раскинувшуюся вокруг бескрайнюю бездну. Хотя я по-прежнему боялась, что пустота может каким-то образом оттащить меня подальше от корабля и оставить навечно дрейфовать в одиночестве, в то же время я была настолько охвачена благоговением, что у меня на глазах проступили слезы.

Я никогда реально не задумалась, верю ли я в высшие силы или нет, но глядя на этот бескрайний простор, я невольно задалась вопросом, способна ли вообще хоть какая-нибудь сущность сотворить вселенную. Она казалась слишком великой и бескрайней, чтобы её можно было создать руками.

По непонятной причине мне стала ближе мысль о том, что вселенная существовала всегда, а не была самовольным творением какого-то высшего существа, способного в любой момент изменить свое решение лишь по одной неведомой мне прихоти. С другой стороны, нам чертовски не повезло, раз уж мы умудрились столкнуться с обломком посреди всей этой пустоты.

Я вернулась на корабль через шлюз. Другие пассажиры поприветствовали меня слабыми аплодисментами. Казалось, будто их облегчение было настолько глубоким, что у них уже ни на что не оставалось сил.

Реакция пассажиров слегка растрогала меня, пока я поднималась в кабину пилота со шлемом подмышкой. Некоторые их них поблагодарили меня за эту историю, и только Бану казался невозмутимым.

– Всё хорошо, Капитан? – спросила я.

– Хорошая новость в том, что давление держится. Похоже, твой ремонт удался, – сказал он.

– Раз вы так говорите, значит есть и плохая новость, я права? – спросила я.

– Боюсь, что да. Я больше не могу рисковать лететь дальше. Это значит, мы останемся на месте до прибытия спасательных кораблей, – ответил он.

– Проклятье! – воскликнула я.

– Ты не сможешь выполнить доставку? – спросил он.

Я побледнела. – Вы знали, что я курьер?

Он наклонил голову. – Ну конечно. Я видел твой профиль и твой кейс.

– И вы просто так поменяли место назначения ради меня? – спросила я в растерянности.

– Важно не место назначения, а само путешествие. И теперь все мы получили уникальные впечатления, – произнес он с иронической улыбкой. – В этом вся суть.

– Может, найдется какой-нибудь корабль поближе спасательных судов, готовый взять на борт пассажира? – спросила я.

– Ради нашей бесстрашной женщины-ремонтника я проведу сканирование, – сказал он,  повернув несколько ручек за экраном. Мгновение спустя на экране отобразился маленький огонек. – Похоже, к прыжковой точке направляется Катерпиллар. Сейчас я проверю записи... корабль называется «Додекаэдр» и зарегистрирован на имя... Сенет Мехен? Не знаю. Звучит не очень обнадеживающе.

– Не могли бы вы его поприветствовать? – попросила я.

Капитан Лемми набрал на клавиатуре стандартное приветственное сообщение и отправил его на «Додекаэдр» с запросом выхода на связь. Целую минуту мы пристально смотрели на экран. Ответа не было.

– Может, владелец заснул, и корабль летит на автопилоте, – предположил Капитан, пожав плечами.

– Пожалуйста, попытайтесь ещё раз, – попросила я.

Мы потратили ещё некоторое количество времени на разглядывание пустого экрана.

– Мне жаль, – сказал он, скрутив губы от разочарования.

– «Додекаэдр». Странное имя. Попробуйте вот такое сообщение: "Приветствую, Сенет Мехен. Сорри Лиракс просит вашего соизволения выйти на связь, чтобы сделать одно смелое предложение."

– Это звучит как спам, – заметил Капитан.

– Что ж, иногда спам действует. Отправьте это послание, – попросила я.

Капитан выглядел очень недоверчиво, когда вводил текст, и всё время качал головой.

Пока мы ждали, у него на губах красовалась самодовольная улыбка, как будто он знал, что должно произойти. К нашему общему удивлению, на дисплее появился ответ.

[ Приветствую, Сорри Лиракс, что у тебя за предложение? ]

– Кажется, будто вы двое общаетесь на чужом языке, – сказал Капитан. – Что ответить?

– «Додекаэдр» – это двадцатигранная кость, используемая в играх. Должно быть, ему нравятся игры. Скорее всего, играет в свободное время в полете. Предположу, что у него обширный набор устройств виртуальной реальности или собственная видеостена. Пожалуйста, ответьте следующее: "«Вита Перри» попала в беду. Спасательные корабли уже на подходе, но Сорри Лиракс нужен транспорт. Не бесплатно," – сказала я.

Капитан ввел сообщение, после чего мы прождали какое-то время, но так и не получили ответа.

– Проклятье, – выругалась я, доставая мобиГлас, чтобы найти в сети какую-нибудь геймерскую терминологию. В детстве я видела, как дети моего возраста играли в игры с кубиком, но мой отец постоянно заставлял меня работать в его баре. Игры это для малышей, отвечал он грубым умудренным голосом, если я просила разрешения посетить одну из таких сходок.

– Попробуй так: "Сорри Лиракс находится в отчаянном положении. Примете ли вы квест?" – сказала я.

Ответ пришел так быстро, что я даже подумала, будто ошибка. Он был готов взять меня с собой совершенно бесплатно. Огонек на экране начал приближаться к «Вите Перри».

– Поверить не могу, что это сработало. Тебе надо будет еще раз выйти в космос, чтобы добраться до «Додекаэдра», – сказал он. – С поврежденным корпусом я не могу рисковать пассажирами. Я куплю новый скафандр, когда мы вернемся в порт, но тебе придется заплатить за этот, поскольку ты никак не сможешь вернуть его обратно.

– Я сделаю это прямо сейчас, – сказала я, активируя мобиГлас и одновременно с этим стараясь не бросить на капитана сердитый взгляд. – Спасибо.

Он подмигнул мне с такой доброжелательностью, какую можно ожидать от сморщенного старого фермера, склонившегося над задней частью своего трактора. – Пожалуйста.

Остальные пассажиры краем уха слышали наш разговор, поскольку дверь в кабину оставалась открытой. Поэтому когда я вышла, меня встретили смесью благодарности и облегчения. Думаю, некоторые из них считали, что удача отвернулась от меня.

Бану в кремовой робе, похоже, спал, из-за чего мой уход стал не таким неловким. Я снова надела шлем, пристегнула кейс на ремень и вошла в шлюз.

Сперва я побоялась, что «Додекаэдр» опасно ударится о Реклеймер при сближении, однако пилот провел искусный маневр, обогнув наш корабль и включив двигатели для плавного торможения. Никогда не видела лучшего исполнения параллельной парковки в глубоком космосе.

Единственной проблемой оставался зазор между двумя шлюзами. Мне нужно было пройти примерно три метра без страховочного троса. Мне казалось, будто я склоняюсь над бездонной расселиной. В конечном счете, я приказала своим ногам двигаться дальше. Полет между кораблями был коротким – я с глухим звуком ударилась о «Додекаэдр»  ещё до того, как успела сделать второй вдох.

Когда я вышла из шлюза в салон, мне показалось, будто бы меня телепортировало в антикварный магазин в системе Солнце. Я сняла шлем и вдохнула незнакомые ароматы старого дерева и протирочных масел.

Мои предположения касаемо Сенета Мехена оказались в корне ошибочными. Он проводил время не за играми в виртуальной реальности или перед видеостеной. Вместо этого он играл в древние игры и головоломки, которые были спроектированы настолько замысловато, что выглядели как произведения искусства.

Полки ручной работы были декорированы гладким как стекло деревом. Они возвышались от пола до потолка и, казалось, были забиты всеми возможными играми без электронных деталей. Представленные тут игры и головоломки не являлись продуктами массового производства. Наоборот, они были с любовью созданы ремесленниками, некоторые из которых совершенно точно принадлежали к другим расам.

Восьмиугольный стол в центре пассажирского салона демонстрировал изюминку всей коллекции. На Кастре II я видела старые рисунки невероятных лестниц , которые, казалось, одновременно шли отовсюду и уходили в никуда. Эта деревянная головоломка напомнила мне об одном таком рисунке, с той лишь разницей, что она была трехмерной. Дюжины взаимосвязанных частей покрывали стол.

В центральной части находился элемент головоломки, напоминающий наполовину построенную башню. Даже с первого взгляда я могла с уверенностью сказать, что она была собрана неверно.

– Чувствую, ты разочарована моей сборкой головоломки. Боюсь, тут я разделяю твое мнение, – произнес голос в дверном проеме. – Дизайнер завил, что эта головоломка умеренной сложности, однако я полгода безуспешно провозился с ней.

Сенет Мехем был совсем не таким, каким я себе его представляла. Тощий благовидный человек с ухоженными усами и бородой, одетый в жилет и твидовую куртку. Он мог быть профессором истории древностей, живущим в затхлой университетской библиотеке, или гермафобом, ведущим уединенный образ жизни в старинном высотном доме в системе Солнце.

– Эмм, привет. Я Сорри, – сказала я машинально.

– Да, мы уже познакомились. Какое странное, но в некоторой степени интересное сообщение, – сказал он, сложив пальцы вместе. – Вам нравятся игры.

– Конечно. Да. Именно это мне и нравится, – ответила я.

– А какие именно? – спросил он.

Я наморщила лоб. – Ох... Полагаю, те, в которых нужно совершить больше всего доставок с минимальными затратами. Я курьер. «Вита Перри» попала в передрягу, а я пытаюсь добраться до Тирола IV через Киллиан.

– Курьер? – переспросил он с приступом отвращения в голосе.

– Этот корабль – исследовательское судно, космический музей! Я путешествую по галактике в поисках антикварных игр, созданных различными культурами. Во время последнего визита я приобрел Шианский куб для допросов – величайший исторический экспонат. Шианцы помещают руки своих пленников внутрь этого куба, и если тем удается решить головоломку с рычагами и задвижками, они получают свободу. В противном случае пленники остаются без рук. На лезвии внутри всё ещё можно разглядеть старую засохшую кровь.

Такое восхищение Сенета Мехена этой извращённой военной игрушкой вызвало неприятные ощущения у меня в животе.

– Ну, я, эмм...

Слова с трудом срывались с губ. Это был тот редкий момент, когда я растерялась и не знала, что ответить.

Сенет Мехен сменил тон и твердо заявил, – Поскольку вы не рассказали мне всей правды, а также не разделяете моих интересов, я не могу дальше придерживаться нашего соглашения. Я планирую оставить вас в системе Киллиан, как и было оговорено, но я не собираюсь заниматься благотворительностью. Я направляюсь в систему Стэнтон, где хочу приобрести стеклянную матрёшку. Вы сможете удовлетворить свои торговые потребности на станции. До тех пор вы вольны оставаться здесь, но только держите руки подальше от моих ценных экспонатов, иначе я выброшу вас из шлюза.

Мой ответ был прерван, когда Сенет Мехен вернулся в кабину, оставив меня в комнате с головоломками. Я сползла на пол по ножке стола, глубоко выдохнула и попыталась стукнуть кулаком по стене.

Правило номер пять, никогда не переставай думать. Но что делать, если ты оказалась рядом с ненормальным фанатиком головоломок, который не позволит тебе покинуть его корабль?

[54:11:20]

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...

Перевод: H_Rush

H_Rush administrator